Vol 24, No 1-2 (2019)



Nazarenko A.V., Alieva S.B., Tkachev S.I., Medvedev S.V., Romanov D.S., Breder V.V., Sagaydak I.V., Medvedeva B.M., Romanova K.A., Zaychenko O.S., Jazhgunovich I.P., Fedoseenko D.I.


Despite the wide possibilities of applying various methods of local and systemic treatment and their continuous improvement, the results of treatment of patients with hepatocellular cancer in general remain unsatisfactory. Based on the latest achievements of science and technology, modern radiation therapy can be used as an effective method of local exposure to liver tumors because of its relative effectiveness and acceptable tolerability. Radiation treatment in the mode of stereotactic body radiation therapy is a promising direction in the complex treatment of patients with hepatocellular carcinoma. It makes it possible to apply ablative doses with a significant reduction of the doses on healthy organs and tissues in a short period of time and the combination of this technique with other approaches of antitumor treatment.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):4-9
pages 4-9 views


Korepanov S.B., Lazarev A.F., Nikolaeva M.G., Petrova V.D.


In a randomized clinical study, the effect of accompanying therapy with drugs from medicinal plants (phytotherapy) on the dynamics of blood immunological parameters in patients with locally advanced cervical cancer during special treatment was studied. In both groups: the main, receiving phytotherapy, and the comparison group, a decrease in the total number of leukocytes, lymphocytes in peripheral blood, a decrease in the number of CD4+ and CD8+ lymphocytes and the ratio of CD4+/CD8+ during treatment was found. All patients had multidirectional dynamics of levels of immunoglobulins of classes A, G and M in blood. In the main group, immunological status indicators were higher than in the comparison group, and these differences were statistically significant.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):10-15
pages 10-15 views


Sikhvardt I.A., Alekseev B.Y., Leonov O.V., Kopyltsov E.I., Stepanov S.S., Koroleva S.A., Mazhbich M.S., Vodolazskiy V.A.


Radical prostatvesiculectomy is the main method of treating patients with localized prostate cancer. Restoration of fascial small pelvis formations after surgical intervention leads to the early continency. In vivo morphological analysis of the pelvic fascial structures in 10 men of different ages and body types has been conducted: endopelvic fascia, Denonville fascia, visceral fascia of the bladder. It was established that the basis of the organization of all studied fascias is a dense fibrous structure, connective tissue, between parallel wavy bundles identified by layers of loose unformed connective tissue, the storage of fibroblasts, fibrocytes, small and large vessels. Around the fascias there were clusters of adipose tissue and loose unformed connective tissue, including bundles of collagen and elastic fibers of various thickness, connected with them. Analysis of morphological characteristics revealed tissue homogeneity of the studied tissues. As a result, the maximum possible removal of adipose tissue and the approximation of the dense fibrous connective tissue crosslinkable executed after prostatectomy formed stable and continuous rumen, ensures sturdy fusion crosslinkable fascial anatomical structures to form a rear suspension urethrovesical anastomosis conserved fascial structures pelvic patients after retropubic prostatectomy.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):16-23
pages 16-23 views


Chimitov A.A., Shoihet J.N., Strazhev S.V., Lazarev A.F., Khankhashanova T.D., Boldohonov T.S.


Immunofluorescence is a unique immunochemical method that combines the ability to conduct a detailed morphological analysis and use the specificity of the immunological reaction. The advantage of the immunofluorescence method is its high sensitivity and resolution. The immunofluorescence method was used to survey cell films of venous blood filtrate of cancer patients, and with usage of an apparatus for blood micro-screening, the successful extraction of circulating cancer cells was confirmed.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):24-26
pages 24-26 views


Gordeeva O.O., Meshcheryakov A.A., Meshcheryakova N.A.


In this article we demonstrate a clinical case of young patient with non-small lung cancer with ALK-translocation treated with crizotinib in the first line of therapy. This approach was associated with complete response and acceptable toxicity.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):27-31
pages 27-31 views


Mochalnikova V.V., Perevochsikov A.G.


To determine the strategy of treatment of EGC in the world today indications for endoscopic resection, proposed by JGCA, is being used. These indications are presented by a number of morphological factors of the EGC, which are correlate with a low level of lymphogenic metastasis. Not all of the medical centers think these indications are safe. There are publications that question the value of these morphological factors, as well as the heterogeneity of the assessment. Also, in addition to the generally recognized indications for ER JGCA, the researchers proposed other algorithms for the selection of EGS patients with low risk of metastasis to perform ER. These methods were developed using regional standards for different ethnic groups and based on different prognostic parameters. In our review, publications in well-known medical journals in English found through computer search were investigated to study the ways of measuring morphological factors and the safety of jgca readings to ER. The search included such terms as “early gastric cancer”, “prognostic factors”,” lymphogenic metastasis”,” endoscopic resection of the PANCREAS “and “absolute and extended indications for endoscopic resection”. The review includs 60 original studies and meta-analyses. In the original studies, the correlation of demographic and morphological characteristics of the tumor and metastatic process were studied, the variants and methods of evaluation of morphological factors were investigated. The meta-analyses researched the correlation between ER and BREAST surgery, compared the level of safety of absolute and relative criteria of endoscopic resection.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):32-38
pages 32-38 views


Mamedov M.K., Mamedova T.N., Akhmedov Y.A.


The paper is dedicated to several problems of study of infection caused with hepatitis C virus directly connected with modern theoretical and clinical oncology and professionally interesting from point of view of oncologists, hematologists and specialists in field of medical radiology. The author summarizes data which demonstrated the real existence of at the least main five oncological aspects of the infection. They present material reflected important significance some of these aspects for physician working in oncological units and researchers working in other fields of medicine. First oncological aspect of the infection is based on direct connection of these infection chronic forms with development of hepatocellular cancer of liver. It is interesting that hepatitis C virus today is not considered as a carcinogenic virus and its participation in hepatocarcinogenesis connected with some special mechanisms. Second oncological aspect of the infection is demonstrated with widely spreading this infection among oncological and especially among oncohematological patients staying in profile departments. Existence of this aspect has mainly epidemiologic significance and connected with prevention this infection in oncological units. Third oncological aspect of the infection is that spreading of HCV-infection at oncological patients has important clinical significance. This connected with ability of infection negatively influence to course and prognosis some type of cancer. Besides the infection can play a role of factor limiting possibilities of treatment of cancer patients. Fourth oncological aspect of this infection is that participation of this infection chronic form in some type of non-Hodgkin lymphomas development. Mechanisms of connection this infection with named lymphomas development is not identified. Finally, fifth oncological aspect of the infection consists the modern data demonstrated the statistic connection between the infection and in development of some widely spread non-hepatic malignant tumor. These data have important significance for modern oncology. The authors suggest that further systematic investigation of above mentioned aspects of above mentioned infection may positive influence to development of medical science in general.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):39-44
pages 39-44 views


Kurmyshkina O.V., Bogdanova A.A., Spasova A.P., Kovchur P.I., Volkova T.O.


For the last few years Next Generation Sequencing technique and its applications has took the leading position in the arsenal of analytical methods that are used for studying the mechanisms of neoplastic progression. Among various experimental opportunities Next Generation Sequencing provides, RNA-sequencing (RNA-Seq) is of great importance as it makes possible unraveling the highest levels of genome expression regulation, which define the molecular phenotype of cells in composition of a tumor. Considerable amount of current studies carried out with the use of RNA-Seq method are designed as pan-cancer integrated research, in which special attention is payed to virus-associated tumors, including papillomavirus-dependent cervical cancer. This review paper summarizes the results of RNA-Seq studies published world-wide within 2017-2019 years and carried out using clinical samples from cervical cancer patients. New facts concerning such hot topics as genomic and transcriptomic instability, neoantigen load, cellular and molecular heterogeneity, tumor epigenetics, antitumor and antiviral immune response, chronic inflammation, immune exhaustion, phenotypic plasticity and tumor cell resistance, are considered. The whole spectrum of issues that are actively discussed in published literature is systematized according to three levels of organization: «molecular», «cellular» and «organismal». The findings reviewed in the paper convincingly illustrate that wide usage of RNA-Seq technology for profiling primary tumors does facilitate moving to a new level of our understanding of the mechanisms of carcinogenesis and emergence of new directions in cancer treatment, namely targeted and immune-therapy.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):45-55
pages 45-55 views


Kondrat'eva T.T.


Наличие узла в щитовидной железе (ЩЖ) всегда является источником беспокойства для больного и серьёзной диагностической задачей для врача. Наиболее острым является вопрос о тактике ведения больного: оперировать или лечить консервативно? По мнению большинства хирургов и эндокринологов, наличие узлообразования в ЩЖ является абсолютным показанием к хирургическому вмешательству. Основным аргументом подобного тезиса является утверждение о том, что дифференциальную диагностику опухолевого и неопухолевого, доброкачественного и злокачественного процесса в ЩЖ можно осуществить только при гистологическом исследовании операционного материала. Положение об оперативном удалении всех узловых образований ЩЖ в настоящее время подвергается пересмотру. Только данные о морфологическом характере наблюдаемых изменений являются залогом адекватности выбранного лечения. Мерой профилактики лечебно-диагностических ошибок является обязательное применение тонкоигольной аспирационной биопсии (ТАБ) с последующим цитологическим исследованием. Современный подход к проблеме заключается в дифференциации не только характера процесса в узле до операции (доброкачественный или злокачественный), но и в возможности определения морфологической формы опухоли и даже её вариантов по материалу пунктатов ЩЖ. Проведённые исследования с помощью стандартизованных показателей на материале оперированных в Российском онкологическом научном центре больных показали, что точность гистотипической диагностики заболеваний ЩЖ по пунктату различна: при зобе - 65%, тиреоидите - 82%, аденоме - 58%, папиллярном раке - 89%, фолликулярном раке - 53%, медуллярном раке - 86%, лимфоме - 92% и помимо прочих причин (качество, количество материала, способы его получения, обработки, окраски) существенно зависит от вида поражения, а также во многом определяется профессионализмом врача-цитолога. В 60-70% случаев, по данным ТАБ, диагностируются доброкачественные процессы, при которых под маской узлового зоба существуют многоузловой эутиреоидный зоб, коллоидный зоб, тиреоидит Хашимото, реже - диффузный токсический зоб. Так называемые «сомнительные» заключения при ТАБ составляют от 5-10 (по нашим данным) до 35%, по данным некоторых авторов, и, как правило, связаны с проблемой интерпретации цитологических характеристик при выраженной пролиферации тиреоидного эпителия с наличием микрофолликулярных и папиллярных структур с признаками различной степени выраженности клеточной атипии - «фолликулярная неоплазия» (Bethesda system, 2010). Более 80% сомнительных узлов являются проявлением фолликулярной аденомы, однако такого рода образования могут быть представлены и аденоматозным зобом, хроническим тиреоидитом, фолликулярным раком с минимальной инвазией, Гюртле-клеточными опухолями и фолликулярным вариантом папиллярного рака. Морфологическая диагностика их может быть связана со значительными трудностями, что и обусловило введение в практику термина «фолликулярная опухоль» (T.Lowhagen et al. 1983). Использование его должно было способствовать уменьшению числа оперированных больных с неопухолевой патологией. Однако приходится констатировать, что в нашей стране этот интегральный термин, так же как и категория Bethesda 4, нашёл неоправданно широкое применение, что связано в первую очередь с квалификацией практикующих врачей-цитологов. Зарубежные исследователи также отмечают, что примерно 80% пациентам с фолликулярной неоплазией выполняется неадекватная тиреоидектомия. Заключение о наличии «фолликулярного образования» (категория Bethesda 4) по существу не помогает клиницисту оценить морфологический характер изменений в узле с целью выбора адекватного лечения и объёма оперативного вмешательства. Диагностика малигнизации в таких случаях целиком зависит от профессионализма цитопатолога на дооперационном этапе и нахождения патологом бесспорных признаков инвазии капсулы и сосудов на операционном материале. Следует подчеркнуть, что использование термина «фолликулярная неоплазия» отражает существующие объективные трудности морфологической диагностики фолликулярно-клеточной пролиферации, подтверждая тот факт, что в щитовидной железе, как и в других эндокринных органах, крайне сложно провести различие между гиперпластическим и опухолевым процессом, а также между доброкачественной и злокачественной опухолью, причём первая задача значительно сложнее, чем вторая. Характеристика клеток и ядер тиреоидного эпителия (клеточные и структурные признаки) имеют решающее значение для диагноза, причём высокая клеточность и выраженная атипия отдельных клеток не всегда являются надёжными критериями при интерпретации фолликулярной пролиферации. В диагностически спорных, сложных случаях существенное значение имеют такие признаки, как наличие митозов, в том числе и атипических, распространённая ядерная атипия; дополнительную помощь в части случаев может оказать иммунологическое исследование (галектин-3, HBME-1, фибронектин, СК19, Ki-67 и др.). Современные данные о молекулярно-генетических изменениях ThyroSeq (Nikiforova M. et al, 2013) в клетках фолликулярного эпителия свидетельствуют о возможных корреляциях с морфологическими особенностями именно клеточных характеристик тиреоидного эпителия, что возможно поможет ответить на вопросы дифференциальной диагностики фолликулярных пролифераций и опухолей неясного злокачественного потенциала.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):56-57
pages 56-57 views


Radzhabova Z.A., Levchenko E.V., Dunaevskiy I.V., Kotov M.A., Nazhmudinov R.A., Sinyachkina D.A., Artem'ev S.S.


Первичная заболеваемость РЩЖ, по данным Всемирной организации здравоохранения, в Российской Федерации составляет 5,2 на 100 тыс. населения. По данным исследований, на долю высокодифференцированного РЩЖ, сопровождающегося инвазией соседних структур, приходится от 6 до 13% случаев. При этом факт инвазии достоверно снижает 10-летнюю выживаемость пациентов в среднем с 91 до 45%. Цель исследования: определение диагностических параметров методов лучевой диагностики, используемой для предоперационного стадирования и планирования объёма оперативного вмешательства. Материалы и методы. Был проведён ретроспективный анализ медицинских данных 142 пациентов с новообразованиями ЩЖ, получивших лечение в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова в период с 2013 по 2016 г. Количество женщин, включённых в исследование, - 102. Количество мужчин составило 40. Возраст пациентов от 18 до 83 лет. Всем пациентам выполнялось УЗИ щитовидной железы, МРТ мягких тканей шеи с внутривенным контрастированием, а также верификация процесса в узловом новообразовании при помощи ТАБ и цитологической верификации и её интерпретация с использованием классификации Bethesda. Диагностические параметры метода ультразвукового исследования и магнитно-резонансной томографии оценивались по общепризнанным формулам (чувствительность, специфичность, диагностическая точность, прогностическая ценность положительного и отрицательного ответа). В качестве валидирующего метода использовались результаты патоморфологического исследования. Всего 51 (35,9%) пациенту из 142, включённых в исследование, выполнена расширенная операция по поводу местнораспространённого РЩЖ. Аргоноплазменная реканализация трахеи выполнена 3 (5,8%) пациентам, резекция трахеи - 20 (39,2%), ларингэктомия - 6 (11,7%), резекция мышечного слоя пищевода - 21 (41,1%) человеку. Всем остальным пациентам (n=91,64%) выполнены стандартные объёмы операций. Результаты. Диагностические параметры метода ультразвукового исследования (серо-шкальный режим, соноэластография) при оценке прорастания опухолевого узла капсулы ЩЖ составили: чувствительность - 56%, специфичность - 90,1%, точность - 82,07%, предположительная ценность положительного ответа - 63,8%, предположительная ценность отрицательного ответа - 86,9%. При использовании метода УЗИ для оценки метастатического поражения лимфатических узлов шеи, диагностические параметры составили: чувствительность - 81,6%, специфичность - 57,1%, точность - 92,10%, предположительная ценность положительного ответа - 91,2%, предположительная ценность отрицательного ответа - 36,6%. МРТ при диагностике инвазии опухолевого узла в капсулу имеет следующие диагностические характеристики: чувствительность - 38,0%, специфичность - 94,3%, точность - 78,40%, предположительная ценность положительного ответа - 72,3%, предположительная ценность отрицательного ответа - 79,7%. При детектировании метастатического поражения лимфатических узлов шеи методом МРТ, диагностические характеристики имеют следующие характеристики: чувствительность - 91,0%, специфичность - 44,3%, точность - 78,60%, предположительная ценность положительного ответа - 74,5%, предположительная ценность отрицательного ответа - 73,3%. При оценке инвазии опухоли щитовидной железы в стенку пищевода МРТ имеет следующие диагностические характеристики: чувствительность - 80,9%, специфичность - 96,6%, точность - 93,60%, предположительная ценность положительного ответа - 85,0%, предположительная ценность отрицательного ответа - 95,5%. Выводы. Предоперационная диагностика узловых новообразований щитовидной железы с использованием ультразвукового исследования и магнитно-резонансной томографии позволяет с большой точностью определить степень распространения опухолевого процесса в мягкие ткани и органы шеи, что позволяет точно определить прогноз и тактику лечения в отношении каждого пациента. Так, для оценки инвазии опухоли в соседние структуры большей диагностической точностью обладает МРТ, в то время как для диагностики метастатического поражения лимфатических узлов шеи большей точностью обладает УЗИ. А также на сегодняшний день современные возможности анестезиологического сопровождения и хирургического оснащения позволяют выполнять большие реконструктивно-пластические операции с минимальными осложнениями.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):57-58
pages 57-58 views


Choynzonov E.L., Chizhevskaya S.Y., Gribova O.V.


Актуальность. Эпидемиологические исследования последних десятилетий свидетельствуют об увеличении заболеваемости раком щитовидной железы (РЩЖ) в мире. Заболеваемость раком щитовидной железы в России с 2005 по 2015 г. выросла на 16,53% - с 4,42 до 5,47 на 100 тыс. населения. Быстрые нейтроны обладают высокими значениями линейной передачи энергии и относительной биологической эффективности. Это обеспечивает уменьшение зависимости повреждения опухоли от фазы клеточного цикла и степени насыщения кислородом, снижение репарации сублетальных повреждений. Цель исследования - повышение эффективности лечения больных злокачественными опухолями щитовидной железы с применением нейтронно-фотонной терапии. Материалы и методы. Под нашим наблюдением находились 45 пациентов с морфологически верифицированным РЩЖ III-IV стадии опухолевого процесса. Показания к проведению нейтронно-фотонной терапии при РЩЖ в послеоперационном периоде: распространение опухоли за пределы капсулы, инвазия в прилежащие ткани; наличие остаточной опухоли после оперативного вмешательства; неблагоприятные морфологические варианты - анапластический, плоскоклеточный, медуллярный РЩЖ; низкодифференцированные формы РЩЖ. Лучевая терапия начинается через 10-14 дней после операции. Методика проведения нейтронной терапии: 1 поле 8×6 см - на «ложе» щитовидной железы; 1 поле 6×8 - 10×10 см - на «ложе» удалённых метастатических л/узлов шеи с каждой стороны. Режим: РОД 1,4-2,0 Гр, СОД 3,2 - 7,2 Гр (14-34 изоГр). Вклад быстрых нейтронов в курсовую СОД 30-50%. Вторым этапом проводится фотонная терапия в стандартном режиме РОД 2,0 Гр до курсовой СОД 50-55 изоГр при послеоперационном курсе лучевой терапии. Результаты. При анализе отдалённых результатов лечения больных РЩЖ, имеющих неблагоприятные факторы прогноза течения заболевания, получены обнадёживающие результаты. Так, общая 5-летняя выживаемость больных после комбинированного лечения составила 70,2 ± 8,9%, 5-летняя безрецидивная выживаемость - 52 ± 10,6%. Во время проведения нейтронно-фотонной терапии наблюдались лучевые реакции как и при стандартной лучевой терапии. В послеоперационном периоде преобладали сухие эпидермиты -I степень по RTOG. Также у 35% больных при п/о курсе нейтронно-фотонной терапии имелись явления эзофагита и ларингита I степени. Следует отметить, что ни в одном случае не было зафиксировано язв и некрозов кожи и слизистых, а возникающие осложнения купировались с помощью указанных методов и не требовали длительных перерывов в лечении. Поздние лучевые повреждения кожи и подкожной клетчатки I-II степени после нейтронно-фотонной терапии составили 37%. Лучевые повреждения подкожной клетчатки ограничивались склерозом, фиброзом, истончением подкожно-жирового слоя, телеангиоэктазиями. Таким образом, нейтронная терапия имеет преимущество при лечении радиорезистентных опухолей по сравнению со стандартными методами, применяемыми в онкологической практике. В то же время, ввиду особенностей распределения быстрых нейтронов в тканях, применение нейтронной терапии сопряжено с повышенным уровнем осложнений. Одним из путей решения этой проблемы является использование смешанной нейтронно-фотонной терапии. Это позволяет сохранить преимущества плотно-ионизирующего излучения и снизить количество осложнений. Ни в одном случае не зафиксировано развития язв и некрозов кожи и слизистых, а возникающие осложнения купировались с помощью физиотерапевтических и симптоматических методов и не требовали длительных перерывов в лечении. Выводы. Таким образом, опыт применения нейтронной терапии у больных РЩЖ показал удовлетворительную переносимость. Умеренно выраженные лучевые реакции легко купируются и не требуют длительных перерывов в лечении. Получены обнадёживающие результаты лечения больных с неблагоприятными факторами прогноза РЩЖ (общая 5-летняя выживаемость больных после комбинированного лечения составила 70,2±8,9%).
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):58-58
pages 58-58 views


Kozhanov L.G., Sdvizhkov A.M., Romanova E.S.


Проблема диагностики и лечения РЩЖ является сложной и противоречивой, в связи с особенностями клинического течения заболевания, трудностями точной цитологической и гистологической интерпретации опухоли, отсутствием системного подхода к диагностике, выбору метода лечения, объёму оперативного вмешательства и диспансерного наблюдения. На основании проведённых исследований нами установлены причины диагностических и лечебных ошибок: Отсутствие онкологической настороженности и незнание особенностей клинического течения РЩЖ. Несоблюдение принципов обязательного полного обследования больного (гормональный профиль, сканирование ЩЖ J137, пертехнататом Тс99, УЗИ с использованием современных методик, а также УЗИ с обязательным проведением тонкоигольной аспирационной биопсии - ТАБ). Планирование лечения осуществляется одним врачом, а не консилиумом специалистов (эндокринолог, хирург-онколог, радиолог). Лечение, в том числе хирургическое, осуществляется врачами, не имеющими достаточного опыта в проведении подобного рода операций. Кроме того определены тактические ошибки, к которым относятся: длительное наблюдение без лечения (63%), гормонотерапия без верификации диагноза (37%), неадекватное оперативное вмешательство (38,7%). Операции по поводу РЩЖ должны выполняться по следующим онкологическим принципам: доля, в которой локализуется раковая опухоль, должна быть удалена полностью; удаление доли или ЩЖ выполняется экстрафасциально; при выявлении метастазов на шее и передне-верхнем средостении выполняется операция на первичном очаге и лимфопутях. Оперативные вмешательства, произведённые с нарушением этих принципов, подразделяются: нерадикальные - выявляется опухоль в оставшейся доле ЩЖ; неадекватные - отсутствуют признаки опухоли в оставшейся части доли ЩЖ. По нашим данным, первая нерадикальная операция выполнялась на основании пальпации и клинического обследования у 79% больных, УЗИ проведено у 21%, пункция опухоли у 20%. Эти больные РЩЖ ранее были оперированы в различных учреждениях с нарушением принципов радикализма: энуклеация опухоли, интрафасциальная резекция, удаление одного из метастазов в лимфоузлах шеи. Неадекватность и нерадикальность выполненной операции при РЩЖ диктовали необходимость выполнения повторных хирургических вмешательств, которые сопряжены с увеличением объёма оперативного вмешательства, проведением дополнительных методов лечения и увеличением количества осложнений. Таким образом, различные подходы к диагностике и лечению РЩЖ онкологов, хирургов, эндокринологов, лучевых специалистов нуждаются во всестороннем обсуждении этой проблемы и выработке общей тактики диагностики и лечения.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):58-59
pages 58-59 views


Novozhilova E.N., Sergeev S.A., Ol'shanskaya O.V., Kostash O.V.


Введение. В последние годы продолжается рост заболеваемости РЩЖ. За 10 лет заболеваемость возросла более чем в 2 раза. Сложность радикального лечения РЩЖ обусловлена тем, что пациентов оперируют в различных лечебных учреждениях нередко с первоначальным диагнозом «зоб» или «аденома». Нередко о диагнозе рака хирург узнает только после получения планового гистологического исследования, когда больной уже выписан из стационара. Здесь и возникает вопрос о необходимости повторной операции. Материалы и методы. Операции, выполненные с нарушением онкологических принципов, делятся на нерадикальные (когда в оставшейся части железы определяется остаточная опухоль) и неадекватные (когда при обследовании данных остаточной опухоли нет). При нерадикальных операциях сомнений в необходимости повторного вмешательства не возникает. Особые трудности для онколога возникают после неадекватных операций, когда клинические признаки остаточной опухоли отсутствуют. Нами проанализированы сведения 335 больных РЩЖ, у 62,3% из них при повторной операции остаточная опухоль не была обнаружена. Поэтому мы рассмотрели детально группу из 140 пациентов, которым повторные вмешательства после неадекватной операции не выполнялись, и они были оставлены под динамическим наблюдением. Результаты. При анализе информации о 140 больных установлено, что у 89,3% (125) были I-II ст. заболевания и высокодифференцированные формы опухоли. Наиболее прогностически неблагоприятным фактором являлась инвазия капсулы железы, при которой рецидив возникал в 100% случаев. После резекции доли рецидив выявлен у 37,8%. Надёжным инструментом для определения показаний к повторной операции является УЗИ с пункцией. Разрешающая способность этого метода достигает 86,5%. Время повторной операции варьировало от 6 мес. до 8 лет. Остаточная раковая опухоль при повторных операциях была выявлена у 61,4% (86), у 11,2% из них выявлены паратрахеальные метастазы. При этом у 38,6% - данных о наличии опухоли не обнаружено (хотя при УЗИ выявлены включения различной эхогенности). В настоящее время всё большее распространение приобретают молекулярно-генетические исследования, которые позволяют изначально выявить формы новообразований с высоким злокачественным потенциалом (например, BRAF - мутированные формы). Выводы. Необходимо оптимизировать показания к повторным операциям при РЩЖ без ущерба радикализму лечения. Несомненно существует часть больных, которых возможно оставить под строгим динамическим наблюдением после неадекватных вмешательств. Наиболее значимыми критериями, позволяющими прогнозировать развитие рецидива являются: инвазия капсулы железы, понижение дифференцировки опухоли, локализация узла в нижнем сегменте доли, наличие паратрахеальных метастазов. УЗИ с прицельной диагностической пункцией, выполненное в онкологическом учреждении, имеет высокую разрешающую способность и является надёжным инструментом при планировании объёма операции. Молекулярно-генетические исследования, несомненно, получат всё более широкое распространение как при первичной диагностике опухолей, так и при прогнозировании течения заболевания и в определении показаний к повторным операциям.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):59-59
pages 59-59 views


Pis'mennyy V.I., Pis'mennyy I.V.


Введение. Доля РЩЖ составляет 0,5% среди всех новообразований у мужчин и 1% - у женщин. В то же время РЩЖ - это самая распространённая опухоль органов эндокринной системы человека. Экстратиреоидная инвазия при высокодифференцированных формах РЩЖ встречается в 4-24% наблюдений. Сложность задач, которые необходимо решать при хирургическом лечении распространённого РЩЖ с выходом опухоли за пределы органа, на сегодняшний день не является решёной проблемой клинической онкологии, требуется дальнейшее совершенствование методик и тактических приёмов. Цель исследования. Улучшить результаты лечения путём оптимизации выбора объёма оперативного вмешательства при распространённом РЩЖ с поражением пищепроводящих и дыхательных путей с помощью разработанных методик реконструкции, которые позволяют восстановить жизненно необходимые функции организма, улучшить качество жизни пациентов с возможностью возвращения в общество и к труду. Материал и методы. За период с 2001 по 2016 г. пролечено хирургическим способом 2011 пациентов со злокачественными высокодифференцированными опухолями ЩЖ. Распространённые опухолевые процессы, соответствующие индексу Т4а, у 52 (2,58%) пациентов. Морфологически опухоли распределились следующим образом: папиллярный рак, фолликулярный рак у 1996 (97,42%) пациентов, как исключение медуллярный, недифференцированный и плоскоклеточный рак, при которых выполнена расширенная и расширенно-комбинированная операции, подтверждены у 15 пациентов. Возраст больных распределился в диапазоне от 37 до 85 лет. У 52 пациентов выполнены различные объёмы резекции трахеи, хрящей гортани пищевода при распространении опухоли щитовидной железы на перечисленные анатомические образования. Мужчин пролечено 7 человек, которым выполнены расширенные и расширенно-комбинированные объёмы вмешательств, женщин - 45. Обсуждение результатов. Перечень стандартов обследования при распространённом РЩЖ и реализации метастатического процесса в региональный коллектор должны быть максимально расширены, обусловленная тактика оправдана сложностью оценки взаимоотношения опухоли с окружающими тканями. При экстратиреоидном поражении опухолью трахеи или гортани, подтвердив распространённость процесса, использовались дополнительные методы: фиброларинготрахеоскопия, рентгенография, КТ, УЗИ. Таким образом, в объём планируемой операции включалось удаление поражённых структур, сохраняя при этом онкологическую надёжность, радикализм операции. У всех больных применялся нестандартный кожный разрез, т.к. было необходимо одномоментно спланировать адекватный доступ к опухоли и поражённым органам и создать условия для формирования плановой ларинго- или трахеостомы. Если планировалась резекция хрящей гортани или трахеи с формированием стом с резецируемыми органами, то классическую трахеостому мы не накладывали, тем самым сохраняли интактной нижележащие отделы трахеи, что, на наш взгляд, остаётся очень важным моментом для последующей реконструкции дефекта. Заживление у всех больных было первичным натяжением. Дыхание адекватное за счёт использования сформированных стом в трахее или гортани и через естественные дыхательные пути. Необходимость использования трахеостомической трубки ограничивалась 1 сут. В сроки от 3 до 11 мес проводилась реконструкция трахеи, гортани - для воссоздания контура резецированных органов использовали расщеплённое ауторебро, предварительно уложив его на внутреннюю вновь сформированную выстелку и фиксируя швами к хрящам колец трахеи, гортани. Длина рёберного трансплантата была 5-9,5 см. Необходимо наложение нижней трахеостомы, не контактирующей с зоной восстановления дефекта. На 7-10-е сут после фиброларингоскопической оценки состояния просвета восстановленного органа удаляли трахеостому. Все известные методы протезирования трахеи с использованием аутотрансплантатов и протезов из небиологических материалов, к сожалению, не дали пока желаемых результатов. В связи с этим применительно к высокодифференцированным карциномам ЩЖ с вовлечением в процесс стенки трахеи или гортани в настоящее время перспективными представляются методики окончательных резекций трахеи с последующей кожной контурной пластики. Выводы. Безусловно, на сегодня, невзирая на объём, время операции и тяжесть нестандартных хирургических вмешательств, целесообразность их выполнения, на наш взгляд, оправдана, при наличии высокой квалификации специалистов лечебного учреждения. Адекватная подготовка, тщательное предоперационное обследование и планирование таких операций, наряду с современным анестезиологическим пособием, специальным трубочным питанием позволяют достигать достаточно высоких результатов в лечении экстратиреоидного рака.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):59-60
pages 59-60 views


Minkin A.U., Vereshchagin M.Y., Lutkov D.V., Kozachuk A.I., Glukhareva N.A., Val'kov M.Y., Grzhibovskiy A.M.


РЩЖ составляет 1-5% всех злокачественных заболеваний, 0,5% среди всех новообразований у мужчин, 1% среди всех новообразований у женщин. В последние годы отмечается увеличение частоты данной патологии в 1,5-3 раза. Местнораспространённые формы составляют 8-15% от общего числа злокачественных новообразований этого органа. Самая высокая заболеваемость отмечена в Новой Каледонии - 71,4 на 100 тыс. для женщин и 10,4 для мужчин. В США (согласно NCI) в 2010 г. - новые случаи: 44,670 смертей: 1,690. Заболеваемость, скорректированная на возраст, - 11,0 на 100 тыс. общая в год (2004-2008 SEER). Мужчины - 5,6, женщины - 16,3. В Норвегии (2008 г.) - 289, заболеваемость в 2008 г. на 100 тыс. - 1,7 мужчины, 5,1 женщины. В России заболеваемость в 2004 г. составляла 6,9 на 100 тыс. для женщин и 1,4 для мужчин, в 2006 г. - 932 новых случая в год. На 2012 г. заболеваемость в РФ составила 6,7 на 100 тыс. Данные новообразования привлекают к себе всё большее внимание исследователей ввиду роста заболеваемости и реальной возможности длительного излечения. Поскольку узловые образования ЩЖ, являющиеся фоновым процессом для РЩЖ, обнаруживаются во много раз чаще, на уровне не менее 4-7% взрослого населения, понятной становится и реальная частота распространения рака, и сложность своевременной диагностики и дифференциальной диагностики этого опухолевого процесса, особенно в зонах зобной эндемии. Как известно, Архангельская область относится к эндемичным по зобу зонам РФ. Узловым образованиям и РЩЖ в нашем регионе как онкоэндокринологической проблеме были посвящены кандидатская и докторская диссертации, а также монография проф. И.С.Агеева (1983,1993,1997), кандидатские диссертации Н.А.Мартюшовой (1993), В.М.Одинцова (1995) и др. В среднем на протяжении 30 лет в Архангельском онкологическом диспансере выполнялось 250-300 операций на ЩЖ в год, из них около 100 при раке. Материал и методы. На первом этапе нами проведён анализ заболеваемости РЩЖ в период с 1989 по 2010 г. Данные о заболевших были взяты из регионального канцер-регистра. Архангельский канцер-регистр начал работать с 1997 г., случаи рака внесены с 1993 г. В базу данных для первичного анализа были включены пол, возраст, место проживания больного, дата выявления первичного злокачественного заболевания ЩЖ, кодировка по МКБ-10 и ICD-коду опухоли, гистологической форме, стадии, дате и причине смерти. Заболеваемость РЩЖ, составлявшая 2,0 на 100 тыс. в период до открытия отделения опухолей головы и шеи в 1979 г. и после широкого внедрения цитологической и комплексной диагностики (ТАПБ, радиоизотопная диагностика, УЗИ), значительно различается. Пик заболеваемости - 6,22 на 100 тыс., отмечался в 1989-90 г. Активная диагностическая и хирургическая тактика при узловом зобе и внедрение экстрафасциальной методики оперирования ЩЖ в Архангельской области позволили значительно снизить заболеваемость РЩЖ до 3,18 (2004). Однако с 2005 г. началась вторая волна роста заболеваемости, которая вновь приблизилась к среднероссийским показателям (РФ - 2012 г. 6,7 на 100 тыс.). РЩЖ в Архангельской области встречался чаще у женщин, чем у мужчин в соотношении 5:1 и в основном приходился на молодой и средний возраст, т. е. самый трудоспособный и творческий период жизни, основная часть заболевших раком щитовидной железы находится в возрастном интервале от 40 до 60 лет. Изучив выявляемость РЩЖ по Архангельской области и РФ, можно отметить, что наблюдалось преобладание больных с I и II стадиями, которые дают в сумме 75,3%, а III и IV ст. (распространённые формы рака) составили соответственно 24,7% К причинам позднего выявления РЩЖ можно отнести: длительное бессимптомное течение; низкую укомплектованность врачами-эндокринологами, онкологами на периферии; недостаточную онкологическую настороженность врачей поликлинического звена; длительное наблюдение за больными с узловыми образованиями ЩЖ в условиях зобной эндемии; сложность дооперационной морфологической диагностики высокодифференцированных форм рака на ранних стадиях заболевания. По гистологической форме преобладали высокодифференцированные варианты рака (папиллярный - 66,5%, фолликулярный - 19,6%). Также стоит отметить, что при распространённом РЩЖ значительно чаще встречались низкодифференцированные формы - 25 (4,2%), чем при I и II стадиях - 4 (0,6%). Регионарное метастазирование отсутствовало у 80,8% больных (при Т1, Т2 и Т3 соответственно в 51,3, 19,3 и 10,2%), что соответствует I стадии заболевания при РЩЖ. Это косвенно указывало на своевременность обнаружения РЩЖ у большинства пациентов. Перед открытием Центра радиойодтерапии в г. Архангельске была изучена эпидемиология и выживаемость больных РЩЖ в Архангельской области за 2000-2009 гг. (Н.А.Глухарева, М.Ю.Вальков, А.М.Гржибовский). Данные обо всех случаях РЩЖ за этот период были извлечены из общей базы данных. Размер популяции был предоставлен Региональным бюро статистики. Инцидентность и смертность были посчитаны на 100 тыс. населения и стандартизированы по возрасту. Выживаемость была оценена методом регрессии Кокса, с методом Backward. В регрессионную модель были включены: возраст, пол, стадия, морфологический тип опухоли, место жительства (город/село), возрастная группа, возраст пациента в декадах. Проанализированы данные 529 пациентов, из которых 438 (82,8%) женщины. Папиллярная карцинома установлена у 56,3%, фолликулярная карцинома - 27,7% и другие формы РЩЖ - 21,9% больных. Стадии 0, I, II, III были выявлены у 1,1, 58,0, 16,4, 13,2% соответственно, IV ст. была диагностирована у 11,0% Городские жители составили 75%. Инцидентность несколько повысилась - с 4,3 в 2000 г. до 4,4 в 2009 г. Смертность снизилась с 0,4 в 2000 г. до 0,2 в 2009 г. За последние 20 лет в период с 1996 по 2016 г. заболеваемость РЩЖ в Архангельской области увеличилась с 4,7 до 8,8 на 100 тыс. населения. 85,05% пациентов проживали в городе, 14,95 % были сельскими жителями. Заболеваемость выше у женщин, чем у мужчин: 2016 г. - 13,6 и 3,2 на 100 тыс. населения соответственно. Рост заболеваемости в 2 раза наблюдается и среди женского (1996 г. 7,8 - 2016 г. 13,6 на 100 тыс. населения), и среди мужского населения (1996 г. 1,5 - 2016 г. 3,2 на 100 тыс. населения). Смертность от РЩЖ за данный период имеет тенденцию к снижению и составляет 0,8 (2016 г.) против 1,1 (1996 г. на 100 тыс. населения). Летальность от РЩЖ на 1-м году после установления диагноза в период с 1996 по 2016 г. снизилась с 8,2 до 2,2% соответственно. Выявляемость пациентов с начальными стадиями РЩЖ выросла с 69,1% в 1996 г. до 78,2% в 2016 г. Запущенность за этот период соответственно снизилась: 1996 г. - 14,7% и 2016 г. - 7,3%. Активная выявляемость больных РЩЖ также улучшилась в 2 раза: в 1996 г. - равнялась 5,9%, а в 2016 г. - 12,1%. Папиллярную форму РЩЖ имели 71,01% пациентов; 16,99% - фолликулярную форму, 2,57% - медуллярную форму, 1,29% - недифференцированный рак, 0,37% - плоскоклеточную форму, 7,77% - иные формы злокачественного поражения ЩЖ: саркомы, лимфомы, метастатическое поражение. У 16,16% пациентов первично имели место метастатические поражения регионарных лимфатических узлов; у 4,17% пациентов выявлены отдалённые метастазы, из них у 36,36% - поражение плевры и лёгких, 5,45% - кости, 3,63% - печень. У 54,56% больных были множественные отдалённые метастатические поражения. Лечебная тактика также менялась на протяжении этих лет неоднократно в связи с изменениями протоколов и технических возможностей. До 2012 г. в отделении опухолей головы и шеи ГБУ АО АКОД приоритет отдавался органосохранным операциям (экстрафасциальная гемитиреоидэктомия или субтотальная резекция ЩЖ) при локализованном первичном очаге. В настоящее время, в связи с открытием в ноябре 2011 г. Центра радиойдтерапии на базе ФГБУЗ СМКЦ им. Н.А.Семашко ФМБА России, основной операцией при верифицированном папиллярном РЩЖ является тиреоидэктомия с центральной лимфодиссекцией. В случае фолликулярной опухоли и одностороннем поражении ЩЖ, выполняется срочное интраоперационное гистологическое исследование с последующим решением вопроса о сокращении объёма выполняемого оперативного вмешательства. Рецидивы заболевания выявлены у 4,86% пациентов. Из них - 59,37% - местный рецидив, 37,5% - регионарные МТС, 3,13% - отдалённые МТС. 5- и 10-летняя выживаемость при папиллярной карциноме составила соответственно 95,3 и 94,2%, при фолликулярной карциноме - 90,1 и 85,7%, при медуллярном раке - 87,8 и 80%. При недифференцированном раке большинство больных погибают в течение ближайших 2 лет после лечения и никто из них не переживает 5-летний срок. Выводы. Заболеваемость РЩЖ в Архангельской области до 2009 г. составляла 4,77 на 100 тыс., что было ниже среднего уровня по РФ - 6,23 на 100 тыс. Женщины заболевали РЩЖ примерно в 5-7 раз чаще мужчин. Инцидентность рака щитовидной железы с 2000 по 2009 г. увеличилась, смертность снизилась. Морфология, пол, возраст пациентов в декадах, стадия заболевания - влияли на выживаемость. В последние 20 лет в Архангельской области не отмечается увеличения смертности от рака ЩЖ, несмотря на двухкратное повышение его выявляемости, что свидетельствует о правильно выбранной тактике раннего выявления клинически незначимых опухолей ЩЖ, представленных в большинстве своём папиллярной карциномой, и адекватном хирургическом лечении. Благоприятные результаты лечения злокачественных опухолей ЩЖ, включая качество жизни пациентов, могут быть достигнуты только при своевременной диагностике и адекватном планировании лечения, в зависимости от морфологии, пола, возраста пациентов в декадах и стадии заболевания.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):60-62
pages 60-62 views


Svetitskiy P.V.


Введение. Клиника РЩЖ неоднозначная и определяется, как правило, морфологической структурой, где преобладают папиллярные и фолликулярные формы. Крайне редко встречается плоскоклеточная форма, отличающаяся выраженным агрессивным течением и низкой продолжительностью выживаемости больных. Представляем клиническое наблюдение. Больная К. 48 лет поступила в отделение опухолей головы и шеи РНИОИ с жалобами на отсутствие естественного дыхания и речи, прогрессирующее похудание, дисфагию. Считает себя больной в течение 6 мес. В республиканском онкологическом диспансере Северо-Кавказской Республики поставлен диагноз: «опухоль (ОП) паращитовидной железы». Была прооперирована: удалена гиперплазированная околощитовидная железа. Спустя 2 мес. дыхание стало затруднённым, присоединилась дисфагия. Наложена трахеостома и направлена в РНИОИ. При осмотре больной вся передняя поверхность шеи выполнена плотным ОП конгломератом без чётких границ, спаянным с кивательными мышцами. При непрямой ларингоскопии выявлена ОП в гортаноглотке, заполняющая грушевидные синусы, обтурирующая вестибулярный отдел гортани и вход рта пищевода. Пища и жидкости последние 4 сут не проглатывались. Биопсия ОП гортаноглотки - плоскоклеточный рак. КТ шеи выявило распространённый ОП процесс, включающий ЩЖ, пищевод, гортаноглотку и гортань. Больная была прооперирована. Произведены тиреоидэктомия, ларингэктомия, резекция шейного отдела пищевода и гортаноглотки с расширенной двухсторонней шейной лимфодиссекцией с последующей реконструктивно-пластической операцией шейного отдела пищевода и глотки с восстановлением их функций. Патогистологическое исследование удалённого макропрепарата установило низкодифференцированный G3 плоскоклеточный рак ЩЖ с инвазией в стенку пищевода, гортань и гортаноглотку. Послеоперационный период протекал без осложнений. Обсуждение. При беседе с больной обращало на себя внимание акцентирование пациентки на первоначальное прогрессирующее увеличение ЩЖ в объёме при сохранении глотания, дыхания и речи, которые наступили лишь спустя 2 мес после увеличения ЩЖ в объёме. Оценка лабораторных данных и сопоставление их с клиникой и особенностями анамнеза по динамике заболевания позволили нам утвердиться во мнении о первичности опухоли, исходящей из ЩЖ, что подтвердилось патогистологическим заключением. Выводы. Редкость плоскоклеточного рака ЩЖ объясняется тем, что многослойный плоский эпителий в ЩЖ гистогенетически связан с остатками эмбриональных клеточных элементов щитовидно-язычного протока, а малигнизация возникает вследствие метаплазии эпителия протока и обусловлена травматическими, инфекционными или другими факторами, вызывающими изменения в его функциях.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):62-62
pages 62-62 views


Tabolinovskaya T.D., Komarova L.E., Mudunov A.M., Romanov I.S., Machaladze Z.A., Pirogova N.A., Pustynskiy I.N., Brzhezovskiy V.Z., Chistyakova E.A.


Введение. Медуллярный рак щитовидной железы (МРЩЖ), его наследственные и спорадическая формы, по данным литературы, составляют 3-7% от всех тиреоидных карцином. Редкость данной патологии является причиной отсутствия систематизированных данных по вопросам заболеваемости и смертности, частоте и роли предшествующих заболеваний ЩЖ, влиянию ряда этиологических факторов на риск развития МРЩЖ. Цель исследования. Разработка рекомендаций по улучшению ранней диагностики и лечебно-профилактической помощи больным МРЩЖ. Материал и методы. Проанализированы данные госпитального медицинского и поликлинического архива Онкологического научного центра в период с 1965 по 2017 г., где находились под наблюдением и получали лечение 434 больных МРЩЖ. 84,7% больных лечились стационарно, 15,3% консультированы и наблюдались в Онкоцентре после лечения, в онкодиспансерах различных регионов РФ. Результаты исследования. МРЩЖ среди других морфологических форм рака щитовидной железы составил 11,5% (434 из 3767). Женщин - 274, мужчин - 160, соотношение Ж:М - 1,7:1, детей - 31 (девочки - 23, мальчики - 8 в возрасте от 5 до 18 лет). Возраст женщин колебался от 45 до 79 лет, мужчин - от 48 до 81 года. Медиана возрастного распределения на момент установления диагноза у женщин составила 48 лет, у мужчин - 49,5 лет. Максимальное число заболевших женщин зарегистрировано в возрастной группе 40-49 лет, мужчин - в 50-59 лет. Средний возраст наследственного МРЩЖ равнялся 33,3 лет. 50% больных (217 из 434) - это жители Москвы и Московской области, 17% больных направлены из центральных российских регионов, 10% - из стран СНГ, 23% - из 5 других округов РФ. Город являлся средой обитания для 91,5 % пациентов. Кроме влияния вредных факторов агрессивной городской среды 10,7% больных имели вредные бытовые привычки (курение, алкоголь), 9,4% - профессиональные вредности: длительное воздействие бытовой химии, бензина, нефтепродуктов, свинца, лакокрасочных веществ, длительный контакт с радиоактивными веществами. Один больной был ликвидатором аварии на Чернобыльской АЭС. Онкологические заболевания у родственников выявлены у 20,8% больных, первично-множественные опухоли - у 43 (10,2%) больных. МРЩЖ развился на фоне т.н. «фоновых» процессов в ЩЖ у 102 (24,3%) больных: у 63 (15,2%) имелся узловой зоб, у 32 (7,6%) аутоиммунный тиреоидит, у 3 (0,9%) аденома. Длительность анамнеза составила в среднем 31,4 мес. (от 1 мес. до 17 лет). К эндокринологу обратились 154 (35,5%), к онкологу - 177 (40,8%), к другим специалистам - 103 (23,7%) пациента. При обращении к эндокринологу большинству пациентов (76,9%) был установлен диагноз «узловой зоб», 7,7% - аденома, киста щитовидной железы, аутоиммунный тиреоидит. Подозрение на рак высказано у 20 (15,4%) больных, которым была выполнена пункция узла. Среди 370 первичных больных I стадия (T1aN0M0, T1bN0M0) была у 58 (15,7%), II (T2,T3N0M0) - у 90 (24,3%), III (T1,T2,T3N1aM0) - у 33 (8,9%), IV - у 189 (51,1%) больных. Общая частота метастазирования на момент обращения и обследования составила 69%. Анализ продолжительности жизни больных МРЩЖ (общая выживаемость) в соответствии с возрастом, полом и периодами наблюдения с 1965 по 2017 г. свидетельствует о наиболее высокой 5-10-20-летней выживаемости среди больных до 18 лет (95,2+4,6) и (87,3+8,7), медиана для больных 70 лет и старше составляет 13,8 лет. Через 20 лет продолжительность жизни снижается среди больных 19-39 лет и составляет 50,1 - 66,0%. Летальность соответственно составляет для детей до 18 лет 13,7%, для возрастных групп 19-29 лет - 45,4%, 30-39 лет - 24%, 40-49 лет - 41,3%, 50-59 лет - 40,3%, 60-69 лет - 49,9%. Таким образом, наиболее оптимальный прогноз для жизни имеют дети и пациенты в возрасте до 40 лет. Анализ показателей выживаемости в зависимости от пола достоверно показал, что лучший прогноз для жизни имеют женщины в течение всего периода наблюдений. Медиана продолжительности жизни мужчин составляет 14,1 лет. Летальность через 5 лет составляет 21,9%, 10 лет - 43%, 15 лет - 56,6%, 20 лет и выше - 67,6%. Летальность женщин составляет через 5 лет 9%, 10 лет - 14,4%, 15 лет - 24%, 20-30 лет - 31,9-35,5%. Таким образом, пол является важным прогностическим критерием, неблагоприятным для мужчин. Показатели выживаемости за период 2010-2017 гг. в сравнении с периодами до 1989 г. и 1990-1999 гг. улучшились в 1,7-3,2 раза. Заключение. Динамика заболеваемости свидетельствует о постоянном росте числа обратившихся и направляемых в Центр больных МРЩЖ. По-прежнему остаётся проблемой ранняя диагностика на уровне районного поликлинического звена, длительное наблюдение за узловыми образованиями в ЩЖ без рекомендуемого в этих случаях обследования, распространенный опухолевый процесс при обращении к онкологу. В результате современных подходов к тактике лечения наблюдается повышение выживаемости больных МРЩЖ.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):62-63
pages 62-63 views


Shishkov R.V.
Russian Journal of Oncology. 2019;24(1-2):63-64
pages 63-64 views

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies